Война Израиля и США против Ирана стала для Москвы краткосрочным экономическим подарком: цены на нефть взлетели, санкционное давление ослабло. Но удар по Тегерану — ближайшему партнеру Кремля на Ближнем Востоке — вписывается, как отмечает NYT, в ряд ударов по великодержавным амбициям Владимира Путина.
Как передает "Хвиля", об этом в колонке для The New York Times пишет Серж Шмеман — бывший руководитель московского бюро издания.
Иран поставлял Москве дроны для войны в Украине и служил важным каналом обхода санкций. Масштабное разрушение иранской экономики и военной машины — не первая подобная потеря. В январе американские силы захватили в Венесуэле еще одного союзника Кремля — Николаса Мадуро. До этого Москва не смогла спасти от падения Башара Асада, который в итоге сбежал в Россию. Судьба российских военных баз в Сирии теперь под вопросом.
"А Куба следующая, кстати, но сделайте вид, что я этого не говорил", — бросил Дональд Трамп на встрече с инвесторами в конце марта, имея в виду еще одного российского партнера. Куба уже в тяжелом экономическом положении: венесуэльская нефть перестала поступать, американское эмбарго ужесточилось. Первый танкер с российской нефтью прибыл на остров лишь с разрешения США. Второй уже в пути, но Вашингтон не сообщил, разрешит ли ему разгрузиться.
Россию также отстранили от участия в решении будущего Ирана и других союзников. Российские нефтяные компании вытесняют из Венесуэлы после захвата Мадуро. В январе США без колебаний захватили российский танкер за якобы нарушение санкций.
По оценке Шмемана, такое обращение должно больно бить по Путину, который, по мнению автора, стремится восстановить советский уровень глобального влияния страны. Российский лидер избегает прямой критики Трампа лично — слишком рассчитывает на ту "загадочную симпатию", которую американский президент периодически демонстрирует к Москве.
Но Путина — как и многих мировых лидеров — смущает непредсказуемость Трампа. На недавнем съезде Российского союза промышленников и предпринимателей российский президент признал: "Мне кажется, что те, кто вовлечен в конфликт, сами ничего не могут предсказать, но для нас это еще сложнее".
Независимое российское издание сообщило, что Путин обратился к олигархам с просьбой о "добровольных взносах" в бюджет. Это был бы первый случай, когда президент лично просит миллиардеров поддержать государственные финансы, истощенные войной. Кремль отрицает сам факт просьбы, но признает, что один из магнатов пообещал "очень большую сумму" государству.
Путин публично осудил убийство верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи как "циничное" и нарушающее международное право. По данным разведок, которые цитирует NYT, Москва помогала Тегерану с целеуказанием по американским базам и поставляла ему модернизированные версии дрона Shahed-136, который теперь выпускает по лицензии для войны против Украины. Россия эти данные отрицает. Однако в среду во время визита в Китай министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что Иран имеет "неотъемлемое" право на обогащение урана.
Трамп отреагировал пренебрежительно. "Если и помогают, то делают это не очень хорошо", — сказал он о российской поддержке Ирана. Позже предположил, что Путин "возможно, немного им помогает", и добавил: "Он, наверное, думает, что мы помогаем Украине. Они это делают, и мы это делаем". Куда жестче был тон в адрес союзников по НАТО, которые отказались помочь расчистить заблокированный Ормузский пролив. "Это был отличный тест, потому что они нам не нужны, но они должны были быть там", — сказал Трамп. Позже он пригрозил вообще выйти из альянса.
Даже с деньгами олигархов и вероятным сокращением американских поставок Киеву война продолжает истощать Россию. Украинские дроны регулярно поражают российские нефтяные терминалы, а украинские военные специалисты помогают государствам Персидского залива отбивать иранские удары. Опрос, на который ссылается Bloomberg, показал: 67% россиян выступают за переговоры о мире.
"Каждый день, пока продолжается война, Россия все больше отстает в великодержавной конкуренции, которая будет определять мировую геополитику ближайших лет", — приводит NYT слова Томаса Грэма, научного сотрудника Совета по международным отношениям и автора книги "Getting Russia Right". По мнению Грэма, "России не нужны ресурсы, чтобы продолжать войну против Украины — ей нужны стимулы, чтобы ее закончить".
По мнению Шмемана, иранская война временно эти стимулы ослабила. Но стратегический рецепт остается тем же: дать Украине то, что ей нужно для сопротивления, пока Путин не поймет, что насилие не дает ему ничего.
