В последние недели международное сообщество и украинское общество все активнее обсуждают возможность начала дипломатического процесса для завершения войны. На фоне заявлений новоизбранной администрации Дональда Трампа о намерении быстро остановить боевые действия, давление на украинское руководство по поиску компромиссов усиливается. В то же время ситуация на фронте остается крайне напряженной: Россия продолжает наступление, не демонстрируя реальной готовности отступить от своих захватнических целей. Вопрос о том, способна ли дипломатия изменить ход событий без значительных изменений на поле боя, и готов ли Президент к радикальным внутриполитическим шагам, становится ключевым для будущего страны.
Интернет-издание From-UA попросило прокомментировать перспективность текущих переговорных процессов известного политтехнолога, директора по стратегическому планированию агентства Гайдай.Ком Сергея Гайдая:
— Меня трудно назвать экспертом в отношении переговоров, особенно дипломатических, и того, что там происходит, но мои ощущения таковы: даже если будет результат, его назвать миром невозможно, потому что на данный момент нет тех условий, при которых наступает мир. Возможно, у нас будет какой-то вид войны, где не так активно будут вестись боевые действия, или, возможно, будет какая-то пауза. Но война закончится не потому, что люди сели за стол переговоров, и дипломатия не является инструментом окончания войны. Дипломатическим путем только фиксируются или утверждаются какие-то решения, вызванные ситуацией на фронте.
А на фронте бывают две ситуации. Одна сторона капитулирует или проигрывает и принимает условия прекращения боевых действий той стороны, которая побеждает. Или кто-то из сторон, или две стороны одновременно теряют все возможности ведения боевых действий. Такой ситуации мы сейчас на фронте не видим. Путин четко заявляет о том, что его устраивает ситуация на фронте, что он будет продолжать ее с любой скоростью, потому что так или иначе задачи и цели «СВО», которые он ставил, будут выполняться. И ни одна из сторон переговоров — США, Украина или Европа — пока не задействовала таких мер, которые бы его остановили, сделали его боевые действия невозможными, например, или слишком болезненными для него. Я этого не вижу, и поэтому, почему дипломатия должна благодаря каким-то переговорам к чему-то прийти, не очень понятно. Возможно, я в чем-то ошибаюсь.
Наш президент заявляет, что никаких территориальных уступок России не будет, и поэтому мы тоже не будем заканчивать эту войну, говоря, что мы готовы прекратить огонь, выйти из Донбасса или выполнить какие-то условия наших врагов. Поэтому я не понимаю, какие факторы приведут хотя бы к остановке боевых действий, я уже не говорю о мире, потому что, как я сказал: даже если что-то такое произойдет, сказать, что война закончится — невозможно. Она началась в 2014 году и была просто в разных фазах: более активных, менее активных, с обстрелами мирных городов, без обстрелов мирных городов в тылу и т.д. Поэтому это все иллюзии.
Я себя не считаю экспертом, но недавно у меня было интервью с Вадимом Денисенко. Он является экспертом в этих вопросах, и он очень четко и последовательно рассказал, что все это иллюзии. Он не видит, почему сейчас должна остановиться война, и подчеркивает, что войну нельзя «переговорить», от слова переговоры.
— Учитывая давление на Зеленского в отношении территориальных уступок, может ли он вынести этот вопрос на аутсорс людям в виде референдума?
— Банковая, или Офис, или Зеленский загнали себя в ловушку. Нам несколько лет войны они объясняли, что выборы в Украине технически невозможны, их нельзя провести. Единственное условие для проведения выборов — это прекращение боевых действий. Вопрос: как они будут в таких условиях проводить референдум, ведь это технически ничем не отличается от выборов? Нужно приходить на избирательные участки, включать работу ЦИК, местных комиссий, которые будут считать голоса.
Если референдум возможен, то вопрос — а почему они тогда не проводят выборы, ведь президент пересидел свой срок почти на два года? А это требование Трампа — проводить выборы. Поэтому нужно определиться: либо возможны выборы и референдум, либо они невозможны. И тогда не только референдум, нужно переизбирать президента, потому что Конституция не дает ему права сидеть больше своего срока. Я бы предложил еще убрать Верховную Раду, потому что она показала свою небоеспособность, и постепенно проводить выборы на местном уровне, меняя и легитимизируя местную власть. Хотя мне трудно ее назвать местным самоуправлением, потому что настоящего местного самоуправления в Украине пока не существует.
